О пользе запретов

О пользе запретов

Азарт преодоления сложностей стимулирует творческий процесс архитектора

В среду в столице открылась АРХ Москва — крупная международная выставка, на которой обсуждаются актуальные тенденции в области градостроительства и архитектуры. Но есть «вечные» темы, о которых постоянно говорят на всех профессиональных форумах. Одна из них — отношения архитектора и заказчика. Как считает руководитель архитектурного бюро «Крупный план» Сергей НИКЕШКИН, задача архитектора — постараться убедить заказчика в необходимости высококачественных решений и найти баланс между функциональностью, качеством, творчеством. Об этой и других проблемах архитектор рассказал в интервью «Стройгазете».

Screenshot_1.png

«СГ»: По-вашему, кто и что определяет сегодня архитектурный облик здания?

Сергей Никешкин: Каждый раз по-разному, но финальный результат зависит от трех факторов: заказчика, архитектора и участка.

«СГ»: Где интереснее работать — в плотной городской ткани или на больших «чистых» площадках?

С.Н.: Мне работа в городе интереснее, чем в чистом поле. Тут всегда в большей или в меньшей степени должен быть найден компромисс между заказчиком, городом и архитектором. Результатом выстраивания этого диалога и становится проект.

«СГ»: Как обычно складываются отношения трех этих сторон?

С.Н.: Каждый раз по-разному. Это непредсказуемо. Бывает, когда проект выбирает заказчик. Если к работе привлекается именитый архитектор, то мнение заказчика уходит на второй план. Впрочем, опытный архитектор, скорее всего, будет предлагать здравые решения, которые не навредят городу и будут максимально комфортны для жителей.

«СГ»: Влияет ли площадка на внешний вид проекта?

С.Н.: Конечно. Нередко ограничения играют на архитектурный образ. Азарт преодоления сложностей стимулирует творческий процесс. Яркий пример — многофункциональный комплекс у метро «Теплый стан». Участок, на котором он построен, расположен над метро. Это сгусток различных коммуникаций и ограничений: тут проходит теплотрасса, здесь выход вентиляции метро, полметра от фундамента — уже плита перекрытия станции метрополитена. Кроме того, из площади здания нужно было исключить проезды, выходы из метро, тротуары. Работать было интересно: мы все эти ограничения облекли в параметрическую 3D-модель, обработали, и получилось очень необычное по форме здание.

«СГ»: То есть получается, что сложности положительно влияют на архитектурную мысль?

С.Н.: В целом, да. Это рождает разнообразие. Районы, которые строятся «в чистом поле», похожи как близнецы-братья. Конечно, они выглядят не так, как советские типовые многоэтажки, но все равно довольно уныло и однообразно. В живой плотной городской среде с многочисленными ограничениями включается фактор — кто нам мешает, тот нам и поможет.

«СГ»: Много ли в Москве участков с ограничениями?

С.Н.: Почти все. В Москве очень «жесткие» инженерные сети, очень плотная сетка, что всегда приходится учитывать в работе. Есть основной документ — ГПЗУ, где указаны все максимальные характеристики здания: высотность, плотность застройки, площадь, число этажей, дополнительные требования, например, согласования с Департаментом культурного наследия. Кроме того, жилая и общественная застройка часто зависит от парковки, требования к которой часто влияют на силуэт здания, его конфигурацию, на число подземных этажей, да и на всю возможность реализации проекта. В случае, если проектируется жилая застройка, есть еще одно важное ограничение — инсоляция. У заказчика может быть большой участок и ГПЗУ, который позволяет построить довольно много. Но кругом стоят жилые дома, их нельзя затенять, и построить в результате удается гораздо меньше.

«СГ»: А в других городах тоже?

С.Н.: В других городах свои особенности. Например, в Санкт-Петербурге жесткое ограничение высотности — не больше 40 м. Допустим, заказчик получил ГПЗУ на большое количество площади, но высотное ограничение и ограничение по инсоляции заставляют проектировать здание сложной конфигурации с большими окнами и уменьшенной высотой потолков. Еще одна особенность Петербурга — там проще пройти архсовет, но зато городские власти внимательнее следят за балансом территории — озеленением и т. д. Везде свои нюансы.


Справочно:

Сергей Никешкин — российский архитектор. В 2008 году совместно с конструктором Андреем Михайловым основал проектную фирму «СтройИнженерПроект», которая позднее трансформировалась в компанию «полного цикла» «Крупный план», реализующую проект от концепции до авторского надзора за строительством.

Теги:
Еще по теме:
  • Источник опасений

    Что общего между парком, промзоной и железной дорогой

  • В ожидании статуса

    До конца года на обсуждение парламента планируется вынести поправки к закону «Об архитектурной деятельности в РФ». Документ, в частности, вводит право авторского надзора за реализацией архитектурного проекта, а также преимущественное, а в некоторых случаях исключительное право архитектора на разработку проектной и рабочей документации. «Мы хотим поднять статус и роль архитектора в осуществлении им градостроительной деятельности», — пояснил глава Минстроя Владимир Якушев. Как сами архитекторы относятся к этим предложениям?

  • Всё для жизни

    Якутия активно строит жилье и создает инфраструктуру

  • Возвращение музы

    В Москве завершилась реставрация объекта культурного наследия федерального значения — особняка купца Миндовского на Поварской улице. Это здание было построено выдающимся архитектором, «гением модерна» Львом Кекушевым для фабриканта и купца Ивана Александровича Миндовского. Дом возвели в самом начале ХХ века, в 1903-1094 годах, в состав ансамбля объекта входят главный дом, флигель и ограда.

Цитата
Владимир Якушев
Глава Минстроя России
Владимир Якушев
В рамках нацпроекта «Жилье и городская среда» мы раздаем не рыбу, а удочки - то есть формируем механизмы, которые позволят строить дома быстро и качественно